Элина сидоренко о криптовалюте

«Криптовалюта и ICO интересны государству с точки зрения наблюдения, но не внедрения»

Интервью с руководителем межведомственной группы Госдумы РФ по оценкам рисков оборота криптовалюты Элиной Сидоренко

Китай, который многие именуют «движущей силой биткоина», постепенно ужесточает условия в индустрии торговли криптовалютой: сначала досталось ICO, а несколькими днями ранее под удар попали местные биткоин-биржи. С чем может быть связана такая позиция КНР? Действительно ли власти Китая относятся к криптовалюте с неприятием? Какова позиция России относительно данной сферы? Почему наши чиновники хвалят криптовалюту, а Центробанк сравнивает ее с «пузырем» и «золотой лихорадкой»? Стоит ли россиянам вкладываться в криптовалюту или же риски слишком высоки? На вопросы «Реального времени» ответила доктор юридических наук, руководитель межведомственной группы ГД РФ по оценкам рисков оборота криптовалюты Элина Сидоренко.

«Китай взял паузу для разработки правовой основы регулирования»

— Еще недавно Китай называли основной движущей силой биткоина, а сейчас КНР запрещает ICO и, наконец, наносит «финальный удар по индустрии торговли криптовалютой» — закрывает биткоин-биржи. Элина Леонидовна, как вы считаете, с чем это связано?

— Китай всегда реагировал на изменения крипторынка очень остро. В 2016 году повышенная заинтересованность инвесторов местными криптобиржами была встречена схожим запретом, исходящим от Народного банка Китая. Это привело к оттоку людей из страны и снижению биржевого курса биткоина, после чего политика была сильно изменена. Важно понимать, что Китай является одним из основных производителей криптовалют — около 40 процентов рынка майнинга приходится именно на эту страну. В этой связи запрет любого ICO в перспективе может привести к весьма плачевным последствиям.

На мой взгляд, запрет, вынесенный не на уровне закона, а на уровне рекомендаций Народного банка, свидетельствует о том, что Китай взял паузу для оценки данного вопроса и разработки правовой основы регулирования. Также это говорит о том, что Китай не готов к стихийному развитию рынка, которое прослеживалось на стадии активного товарного обмена. Сейчас Китай заинтересован в профессионализации этого рынка — для этого ему необходимо определить на законодательном уровне, что такое криптовалюта и ICO, а также решить, могут ли физлица выступать в качестве инвесторов в проектах такого рода. Полагаю, после этого Китай станет державой с совершенно иным, более высоким уровнем развития крипторынка.

Если опираться на восточную философию, то Китай выбрал известный принцип Конфуция, смысл которого в следующем: когда все стоят — ты бежишь, когда все бегут — ты стоишь. Китай остановился, чтобы разработать для себя хорошую регуляторику, а затем продолжить развивать эту тему на качественно новом уровне.

«Запрет, вынесенный не на уровне закона, а на уровне рекомендаций Народного банка, свидетельствует о том, что Китай взял паузу для оценки данного вопроса и разработки правовой основы регулирования». Фото bankofchina.com

— То есть, ни о каком «неприятии» криптовалют китайскими властями, про которое говорят некоторые эксперты, речи не идет?

— Конечно, нет. Китайские власти всегда отличались особой репрессивностью в отношении однозначно неприемлемых вещей, представляющих даже малейшую угрозу экономическому развитию страны. Достаточно вспомнить массовые расстрелы коррупционеров: если верить независимым оценкам, с начала двухтысячных годов было расстреляно около 10 тыс. человек. Поэтому, если Китай что-то разрешает или же относится к чему-то снисходительно, это свидетельствует о том, что ему эта история интересна. И упомянутые выше 40 процентов рынка майнинга говорят о многом.

«ICO постепенно постепенно становится синонимом слова «обман»

— Как вы уже сказали, Китай взял паузу, а какова ситуация в России? Мы, наоборот, мчимся на всех скоростях?

— Сейчас Россия относится к числу тех стран, которые заняли выжидательную позицию на законодательном уровне. В этой связи я бы предостерегла стартапы от излишне рисковых проектов, в особенности связанных с иностранными инвестициями.

Я не устаю повторять, что ICO может проводиться в России, но только при условии соблюдения норм действующего гражданского законодательства, а также присвоения ему любого другого названия: к примеру, можно выбрать «токенизацию», но не «ICO» в полном смысле этого термина. Дело в том, что за время своего существования ICO зарекомендовало себя далеко не с положительной стороны — оно постепенно становится синонимом слова «обман». Также стоит заметить, что к 2018 году ожидается серьезное обрушение рынка ICO, хотя ему на смену должны прийти новые интересные проекты, связанные с распределенными реестрами (например, DAO). Тем не менее до тех пор, пока не будет введена регуляторика ICO, нельзя говорить о том, что Россия «мчится во всю прыть».

Блокчейн очень хорош для разработки реестров, для межбанковского сотрудничества, для развития транснациональных экономических отношений. В этих сферах технология блокчейн находится вне конкуренции

Относительно стартапов я могу сказать следующее: сейчас Россия полна интересных технологических идей и экономических решений, но, к сожалению, пока под ними нет серьезной правовой основы. В данной ситуации мне близка позиция Народного банка Китая, считающего, что под любым проектом ICO должна лежать независимая юридическая экспертиза.

— Почему Игорь Шувалов, Владимир Путин активно говорят об интересе к технологии блокчейна, к криптовалютам…

— Давайте все-таки внесем ясность: положительно высказываются о блокчейне, имеющем под собой основания. В свою очередь, криптовалюта и токены — это одни из производных данной технологии. Блокчейн очень хорош для разработки реестров, для межбанковского сотрудничества, для развития транснациональных экономических отношений. В этих сферах технология блокчейн находится вне конкуренции, так как она сама по себе отрицает серверное сохранение данных, она безопасна и всеобъемлюща. Однако криптовалюты и ICО по-прежнему остаются высокорисковой экономической активностью, которая в ряде случаев находится в «сером» сегменте. Поэтому сейчас эти сферы интересны государству с точки зрения наблюдения, но не внедрения.

«Если люди готовы пойти на эти риски — они вольны поступать, как им угодно»

— Тем не менее министр финансов Антон Силуанов совсем недавно заявил о том, что Россию ждет легализация криптовалют. Я упоминаю позицию этих высоких чинов, чтобы попросить вас уточнить: есть ли в России единое мнение относительно этой сферы? Просто ЦБ далеко не так позитивно, как все вышеупомянутые фигуры, настроен в отношении криптовалют. Возможно, даже немного враждебно.

— Я не берусь толковать слова ведомств, поскольку они размышляют в русле собственных целей и задач. Криптовалюта однозначно должна быть легализована, однако надо понимать, что легализация не означает ее повсеместного разрешения. В данном случае речь идет о встраивании криптовалюты в определенные правовые рамки.

Как только на законодательном уровне будет определено, что такое криптовалюта, мы сможем ее регулировать, возбуждать уголовные дела и призывать мошенников к суду. Не надо принимать легализацию за разрешение. В данном случае — это регулирование.

«Криптовалюта однозначно должна быть легализована, однако надо понимать, что легализация не означает ее повсеместного разрешения. В данном случае речь идет о встраивании криптовалюты в определенные правовые рамки». Фото Олега Тихонова

— Элина Леонидовна, как вы считаете, стоит ли рядовым гражданам в настоящий момент лезть в эту «криптоисторию»?

— Я бы призвала россиян и большой бизнес воздержаться от высокорисковых вложений. Зачастую у рядовых граждан отсутствуют объективные знания о рынке, игроки которого сейчас подвержены истерии, ввиду непонимания правовой природы этого явления. Проект интересен для долгосрочных вложений лишь в том случае, если человек обладает необходимыми знаниями или хотя бы осведомлен о тех или иных правовых гарантиях. Однако, напомню, что никаких правовых гарантий применительно к криптовалютам сейчас нет.

Человек, который вкладывается в криптовалюту, должен учитывать следующие риски: курс токенов крайне волатилен — он способен резко обрушиться; криптовалютные биржи не регулируются — стоимость токенов может быть легко манипулирована крупными игроками; государства могут ввести ограничительные меры по торговле и обороту криптовалюты; криптовалюта может изжить себя ввиду, например, «лопнувшего» проекта. Помимо этого у человека просто могут украсть электронный кошелек с деньгами, однако ни в этом, ни в других описанных мною случаях, он не сможет защитить свои интересы в суде. Если люди готовы пойти на эти риски — они вольны поступать, как им угодно.

Эксперт Госдумы по криптовалюте — о том, почему нельзя ничего покупать на биткоины

Россия решила не отставать от мирового сообщества, которое думает над тем, как регулировать стремительно растущий рынок криптовалют, капитализация которого достигает 134 млрд долларов. Готовится законопроект, в котором наконец будет определен правовой статус криптовалют и всего того, что пока в нелегализованной форме определяет отношения между участниками рынка. В Госдуме разработкой документа занимается рабочая группа по оценкам риска оборота криптовалют, которую возглавляет доктор юридических наук Элина Сидоренко. В пятницу на конференции BITCOIN & BLOCKCHAIN в Екатеринбурге она рассказала о том, как криптовалюты привели мир к новой реальности, почему на биткоины нельзя ничего покупать и как при необходимости этот запрет можно законно обойти.

«Мы видим новую реальность и должны быть к ней готовы»

Элина Сидоренко сильно отличилась от других спикеров конференции, которые восторженно рассказывали о том, как прекрасны майнинг (добыча криптовалют), биткоины (главная на сегодня мировая криптовалюта) и ICO (инвестпроекты, похожие на краундфандинг и IPO). По мнению Сидоренко, участники этого нового рынка не должны впадать в эйфорию. Зато им следует оценивать риски, особенно «на фоне безумной капитализации криптовалют». «Моя задача — предостеречь вас от некоторых вещей, чтобы вы понимали, где вас поджидают риски и как вы можете их минимизировать», — обозначила эксперт цель своего выступления.

На сегодня майнинг действительно доступен каждому. Можно поставить дома видеокарты, загрузить программы и попытаться заработать.

Многих привлекает то, что эта деятельность пока вне правового поля, в том числе с точки зрения налогов. «Но это пока», — предупредила юрист.

Читать еще:  Скачать помощника для форекс

По словам Элины Сидоренко, криптовалюты привели мир в новую реальность и к ней нужно быть готовыми. «Сейчас мы переживаем новую эпоху, о которой не знал Ленин. Он думал, что после индустриализации будет постиндустриализация — сфера услуг, и больше ничего не будет. Но на криптовалюте мы вышли в новую эпоху — информационное общество. Сейчас нам услуги неинтересны, интересна информация, которая кормит и поит. Код ничего, кроме информации, не содержит, поэтому вы должны обращать внимание на информационную составляющую», — рекомендовала лектор собравшимся.

При этом один из лучших способов определить, в какую из трех тысяч (!) криптовалют вкладываться, — посмотреть, какой информационный фон ее сопровождает. Проще говоря — открыть и почитать новости.

«Люди поймут, что пришло время требовать, а им покажут кукиш»

По словам Элины Сидоренко, юридически регулировать рынок криптовалют тяжело. Особенно в сфере ICO — первичном размещении монет (токенов) какого-то нового, перспективного проекта, в которых владельцы предлагают вложиться инвесторам, а потом получить денежную выгоду.

Если криптовалюты относятся к вещному праву, то токены, покупаемые инвесторами при ICO, — к обязательственному. То есть владельцы «размещаемых» токенов обязуются выполнить определенные условия перед «покупателем». Эксперт говорит, что в ICO, популярность которых растет, есть большое количество рисков. Во-первых, среди проектов, как и в краундфандинге, есть большое количество мошенников. И здесь Сидоренко советует обращать внимание на авторитет компании. Во-вторых, юридически с инвестором не заключается бумажный договор, а только смарт-контракт. Такая сделка на сегодня — юридически ничтожна.

Никакой обман в суде не доказать. Причем волна скандалов и разбирательств по этому поводу впереди.

«К 2018 году люди поймут, что пришло время требовать [исполнения обязательств по договору], а им покажут кукиш. Начнется паника, которая может привести к чему угодно: обрушению ICO, практики смарт-контрактов и даже самой криптовалюты. Но на этом моменте выживут самые сильные проекты», — считает юрист.

По ее словам, Госдума обсуждает и эту проблему, пытаясь определить правовой статус ICO и смарт-контракта, а также правовые основания, на которых владельцы ICO должны удовлетворять обязательства перед инвесторами. И наконец, правовой статус самих участников всей этой деятельности. При этом уже ясно, что приравнять ICO к IPO, как хотели многие, не получится.

Покупать нельзя — обменивать можно

Пока в Госдуме, по словам главы рабочей группы, думают, что криптовалюты будут оцениваться как цифровой актив, а использовать их можно подобно другим иностранным валютам — как доллар или евро. Покупать в долларах на территории России официально ничего нельзя, но это не запрещает покупать сами доллары, продавать их, хранить на счетах в банках. По образцу валютной биржи Минфин даже предлагает создать в России криптовалютную биржу, на которой будут проверять все сделки. Среди майнеров эта идея поддержки пока не получила, но, по словам Сидоренко, именно она, вероятно, будет реализована. У государства в этом может быть свой интерес, в том числе формальный — бороться с мошенничеством на рынке.

В некоторых статусах криптовалюты можно использовать легально и сейчас. Например, как средство накопления (копить биткоины или другие подобные единицы на электронном кошельке) или как средство мены. Покупать на биткоины в России ничего нельзя: в этом случае криптовалюта будет расцениваться как денежный суррогат, а это запрещено в России. Причем, прогнозирует Элина Сидоренко, законодатели, которые когда-то «забыли» внести в КоАП и Уголовный кодекс ответственность за нарушение этого запрета, вскоре исправят свою ошибку.

При этом обменивать криптовалюту на что-то можно, потому как это будет считаться бартером. В то же время надо иметь в виду, что такой обмен не распространяется на все сделки.

Например, нельзя легитимизировать продажу дома за биткоины, потому что Росрегистрация посчитает, что в договоре нарушено существенное условие — не прописана цена.

И хотя для вас самих эта цена может быть весьма ощутима, с точки зрения закона биткоины ничтожны. Но и это ограничение можно законно обойти.

«Вы договариваетесь, что покупаете дом за 2000 долларов. Эту сумму за него вы платите рублями и прописываете ее в договоре. А в приложении прописываете договор мены, в котором указываете, что купили всю мебель в доме за криптовалюту, эквивалентную 8000 долларов. При этом не называете ее криптовалютой, а пишите, что это интеллектуальный труд, например, программное обеспечение. Тогда суд в случае чего примет решение возвратить вас на первоначальные позиции», — описала возможную схему Элина Сидоренко.

«Россия не готова стать площадкой для обмена криптовалюты»

Когда рабочая группа закончит разработку законопроекта, пока неизвестно. При этом глава рабочей группы Госдумы поделилась мнением, почему в России невозможно не регулировать эту сферу, предоставив ей возможность развиваться свободно и стихийно, как предлагали некоторые участники конференции.

«Россия не готова стать площадкой для обмена криптовалюты. Она ее допустит, но активно работать в этом направлении мы не сможем. Мы не офшор и не маленькая территория, поэтому концепцию надо серьезно регламентировать», — считает юрист.

По словам Элины Сидоренко, куда больше, чем криптовалютой, российские чиновники интересуются технологией блокчейна: они ее активно изучают и хотели бы внедрять в различные сервисы. Известно, в частности, что к блокчейну давно присматривается глава Сбербанка Герман Греф.

Что касается перспектив биткоина, Элина Сидоренко допускает, что когда-нибудь цена самой известной в мире криптовалюты может достичь 500 тыс. долларов за единицу. Но это произойдет тогда, когда ограниченная эмиссия валюты будет подходить к концу. А это должно случиться приблизительно через 120 лет. Сегодняшние майнеры до этого момента просто не доживут.

Элина Сидоренко: нет смысла принимать закон о криптовалютах, который будет останавливать бизнес

Весной этого года стало известно о том, что Межведомственная рабочая группа по оценкам рисков оборота криптовалют в России приступила к созданию законопроекта, вводящего криптовалюты в правовое поле страны. Вокруг этого документа ведется много разговоров и споров, однако точной и систематизированной информации об этом документе пока нет.

Именно поэтому ForkLog пообщался с профессором МГИМО и руководителем рабочей группы Элиной Сидоренко, чтобы из первых уст узнать последние новости о работе над этим законопроектом. Так, в ходе интервью Сидоренко рассказала о планах по созданию аналитического центра и негосударственных обменных площадок, где можно будет легально обменять криптовалюты на рубли и наоборот. Кроме этого, она подтвердила информацию об отсутствии планов вводить налогообложение на криптовалютном рынке.

ForkLog: Элина, здравствуйте! Вы как никто другой знаете, как обстоят дела с текстом законопроекта по регулированию криптовалют и чего от него ждать пользователям и бизнесу.

Элина Сидоренко: Это так, однако я пока не имею возможности посвятить вас во все детали, могу лишь обозначить наши ориентиры. Над законопроектом мы начали работать в начале весны этого года. В рамках нашей межведомственной группы, в которую входят представители большого круга министерств и ведомств, в данный момент дорабатывается текст закона. После доработки текст будет представлен на обсуждения всем ведомствам.

FL: Когда это примерно произойдет?

Э. С.: Мы предполагаем, что это произойдет в сентябре-октябре этого года, когда Госдума выйдет из отпуска. Мы намерены его предоставить в осеннюю сессию. Но предварительно мы разошлем его министерствам и ведомствам и вывесим на экспертное обсуждение для того, чтобы все участники рынка смогли высказать свою позицию касательно текста этого документа. Возможно, мы проведем специальное мероприятие наподобие той конференции, которая состоялась в формате диалога бизнеса и власти.

FL: А кто входит в рабочую группу, кто создает текст документа?

Э. С.: В инициативную группу входят представители государственной думы, в том числе автор инициативы, депутат Андрей Луговой. Мы также сотрудничаем с другими комитетами Госдумы. Кроме этого, в группе есть представители Центробанка РФ и Росфинмониторинга. Вопросы технической стандартизации мы, несомненно, будем рассматривать в обязательном сотрудничестве с ФСБ, потому что проблемы криптографии находятся в сфере их компетенции.

FL: О чем именно будет говорится в этом документе? Расскажите хотя бы в общих чертах.

Э. С.: Текст закона, который готовится, будет носить рамочный характер. Мы определим природу криптовалют, основных участников рынка, обозначим их статус, определим основные принципы деятельности крипторынка. Остальные нормы будут содержать отсылочный характер. То есть мы не намерены создавать огромный и, можно сказать, вязкий закон, в котором сразу будут определены все параметры нового рынка. Потому что создать такой закон — значит затормозить развитие рынка.

Мы просто не знаем, в каком направлении этот рынок пойдет: мы не знаем, чем закончится 2017 год и что будет со всеми прошедшими за это время ICO, которые могут сейчас существенно обрушить рынок и даже поменять подход к оценке криптовалют. Наша задача сейчас — дать определенную уверенность участникам рынка и пойти по японскому пути.

Как вы помните, 1 апреля там приняли закон, признающий криптовалюты законным средством оплаты, и только 25 мая определился статус участников рынка и порядок появления их легального статуса. То есть в России эти вопросы тоже будут решаться планомерно. Сначала мы дадим некоторые гарантии участникам рынка, потом посмотрим на реакцию рынка и постепенно начнем оптимизировать регуляторику под его потребности. Ни в коем случае не наоборот! Не рынок под закон, а закон под рынок.

FL: Хотелось бы знать, каким образом государство будет определять игроков. Будут ли прописано правило KYC (знай своего клиента) в этом законе? Этот вопрос широко обсуждается в сообществе потому, что на одной из конференций вы сказали, что майнеры, пока добывают криптовалюту, не интересуют ни государство, ни правоохранителей, но как только возникает момент обналичивания средств в рубли, например, могут возникнуть вопросы.

Э. С.: Нет, имелся в виду интерес не правоохранителей, а государства. Это совсем другое. У нас существует уже давно система KYC, которая является обязательной не только в России. Таким образом мы выполняем требования ФАТФ (Группа разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег, The Financial Action Task Force).

Читать еще:  Как создать криптовалюту чайнику

То есть, когда некая сумма достигает определенного предела, участники рынка должны обязательно идентифицироваться. Сейчас этот предел в России составляет 15 тысяч рублей для электронных кошельков. Кроме этого, у нас существуют определенные лимиты для физлиц и юрлиц относительно банковских переводов и другой деятельности. Почему мы должны делать исключение для криптовалют? И Япония не хочет идти по пути полной анонимности рынка. Если мы создаем правовую экономическую платформу под бизнес, мы должны соблюдать требования ФАТФ. И Япония, и Сингапур, и Швейцария не могут от них уклониться.

На самом деле, этот хайп, который поднимается насчет “полицейской России”, не имеет под собой никакого основания, потому что все страны живут в одном мире и подчиняются одним законам. И в каждой стране есть финансовая разведка, которая головой отвечает за соблюдения 44 основных рекомендаций ФАТФ.

FL: То есть чисто технически это будет выглядеть так: чтобы бизнесу было спокойно работать в России, он должен будет зарегистрировать некий криптовалютный кошелек, который будет привязан к этому бизнесу открыто, чтобы идентифицировать себя перед государством. В будущем это может пригодиться для налогообложения, например. Это так?

Э. С.: О налогообложении пока даже речи не идет. Для нас важно понимать, что происходит на территории нашего государства. И это важно для всех государств. Если человек хочет, чтобы государство могло его защитить, то он должен принимать эти правила. Элементарный пример — погорела компания на ICO, и кто будет эту компанию и инвесторов защищать? Американская юрисдикция? Конечно нет. Все эти компании, которые уходят, например, в Сингапур, не понимают одной важной вещи — в Сингапуре очень жесткое законодательство, как и в США. Поэтому компании со спорными ICO, которые базируются там, должны понимать, что если завтра их бизнес лопнет, то взаимодействовать они будут с западными юрисдикциями напрямую. А они, мягко скажем, будут относиться к такому бизнесу очень недружелюбно.

Насчет регистрирования кошелька — да, мы должны каким-то образом авторизовать человека и прежде всего компанию, но как это будет делаться, мы об этом как раз и думаем. Для нас сейчас очень важен (и это будет прописано в законопроекте) выход участника рынка на обменную площадку.

FL: Расскажите подробнее об этой площадке. Какая она будет — государственная, частная?

Э. С.: Будет много негосударственных площадок. Скорее всего, это будут площадки с биржевым элементом. К таким площадкам будут применяться такие же требования, как и к брокерским компаниям, хотя это все пока условно. То есть у нас есть закон о фондовых рынках, и мы не видим серьезных препятствий в применении положений этого закона для всех участников рынка. Еще раз отмечу, что все это находится в доработке. Однако точно могу сказать, что государственного монополизма в этой сфере не будет.

Нам нет смысла принимать закон, который будет останавливать бизнес. Если бы мы хотели это сделать, то просто оставили все, как есть. И этот бизнес, находясь в правовом вакууме, понял бы свою рискованность. Наша задача — дать российскому бизнесу новый приток энергии, создать вторую Японию, мостик между Западом и Востоком. Мы хотим привлечь на наш рынок иностранные инвестиции, потому что если мы будем создавать российские обменные площадки, совершенно понятно, что криптовалюты будут обмениваться там на рубли и наоборот.

FL: В проекте «Цифровой экономики РФ» указано, что также планируется принятие нормативно-правовых актов, обеспечивающих использование блокчейна. Вы тоже работаете в этом направлении?

Э. С.: Блокчейн — это технология. Нельзя регулировать технологию. Наша задача — дать понятие криптовалюте, ввести его в правовое поле и наметить основное движение в сторону легализации бизнеса, работающего с криптовалютами.

FL: Это хорошие новости. А как вы думаете, каковы шансы этого закона быть принятым в таком мягком варианте, без жестких поправок?

Э. С.: Не могу сказать. Пока мы просто выполняем свою работу, проводим очень много серьезных мероприятий, связанных с донесением нашей позиции. Сейчас появляются достаточно тревожные тенденции, и я очень надеюсь, что они не повлияют на решение властей по нашему вопросу. Просто никто не знает, чего ждать, — то ли огромного роста рынка, то ли обрушения крупных ICO, которые могут негативно сказаться не только на криптовалютном рынке, но и на регулировании. Но если все пройдет в размеренном режиме, то препятствий принятия нашего документа я не вижу.

FL: Знаете ли вы, как сейчас обстоят дела с идеей создания национальной криптовалюты?

Э. С.: Насколько мне известно, эта идея сейчас отставлена. Она появилась в 2014 году и очень активно обсуждалась, в том числе на наших площадках. Однако сейчас мы не видим необходимости создания такой криптовалюты. Сейчас акцент сместился на Мастерчейн — эта технология сейчас активно апробируется в центральных банках, особенно в межбанковском сотрудничестве. Вот Мастерчейн действительно восторженно воспринимается и банками, и властью. Эта технология имеет огромный потенциал для создания чего-то подобного.

FL: Интересно, что по поводу национальной криптовалюты из разных источников поступает совершенно разная информация. К примеру, участники недавней питерской банковской конференции уверены, что ее необходимо создать, а министр промышленности и торговли Денис Мантуров и вовсе сказал, что она уже тестируется… То есть в правительственной среде, кажется, отсутствует консенсус. Так ли это?

Э. С.: Да, консенсуса нет. Поэтому у нас появилась идея создания в России огромной ассоциации или такого аналитического центра, который объединит все существующие сейчас компании, организации и ассоциации для того, чтобы наладить сильный канал связи между бизнесом и государством. Желающих записаться в нашу экспертную группу очень много, но это межведомственная группа. После появления такого центра поучаствовать в развитии блокчейна и криптовалют в России смогут все заинтересованные в этом люди. Центр будет заниматься и аналитикой, и оценкой ICO, и повышением квалификации, и изучением смарт-контрактов.

FL: Хотелось бы прояснить еще один момент: мы все знаем, что в России бизнес активизировался и потихоньку начинает работать с биткоином — это магазины, обменники, рестораны. Судя по всему, правоохранительные органы, за редким исключением, не интересуются этим процессом или, так скажем, настороженно наблюдают за ним. Кажется, это хороший знак?

Э. С.: Да, но нужно понимать, что правоохранители бездействуют потому, что нет регулирования. Бизнес находится в вакууме — это с одной стороны. А с другой — бизнес должен очень внимательно следить за изменениями в законодательстве. Как только оно будет вводиться, бизнес, желающий войти в белый сегмент, должен тут же отреагировать коррекцией своей деятельности. В ряде случаев эта коррекция будет минимальной. Например, зарегистрировать себя в качестве индивидуального предпринимателя или создать себе электронный кошелек, специальным образом зарегистрированный, чтобы принимать платежи.

Сейчас бизнес получил уникальную возможность поработать немного в правовом вакууме и понять, насколько экономически целесообразно вести такой бизнес. А мы будем стремиться создавать для него выгодные условия. Если вы не продаете наркотики, оружие и не работаете в даркнете — законодательство существенно облегчит вашу деятельность.

Подписаться на новости Forklog

Свободное копирование и распространение материалов с сайта ForkLog разрешено только с указанием активной ссылки на ForkLog как на источник. Указание ссылки также является обязательным при копировании материалов в социальные сети или печатные издания.

Журнал ForkLog — информационный ресурс о криптовалютах, блокчейне и децентрализованных технологиях. Мы работаем для вас с 2014 года.
© 2019

Элина Сидоренко: законопроект о криптовалюте требует доработки!

Элина Сидоренко — руководитель рабочей группы Госдумы России — оценила предложенный Минфином закон о регуляции криптовалют. Не первый год занимаясь оценкой рисков оборота средств в данной сфере, профессор МГИМО считает, что положения законопроекта нуждаются в значительной доработке.

Сидоренко заявила:

«Мне кажется, создатели законопроекта о регулировании криптовалюты пренебрегли точностью в угоду более полному охвату явлений криптосферы. В итоге, законопроект стал слишком номинальным, и многие важные аспекты просто не были затронуты. В частности, непонятно, как будет протекать регулирование, какие при этом механизмы будут использоваться, кто будет отвечать за этот процесс».

Сидоренко также отметила явные противоречия в ряде понятий, указанных в законе. Например, ее беспокоит:

Термин «цифровой актив». Он не имеет одобренного законом толкования, поэтому возможны разночтения.

Созвучность понятий «криптовалюта» и «токен». По словам Сидоренко, токен — это более всеобъемлющий термин. Однако в законопроекте ему отведена второстепенная роль. Понятие не раскрыто.

Неправильное толкование смарт-контракта. В редакции Минфина этот документ назван договором, тогда как трактовка предусматривает более узкий подход. Речь должна идти о «цифровой форме договора». В противном случае, необходимо вносить изменения в действующий Гражданский Кодекс РФ.

Приравнивание майнинга к предпринимательству. Совершенно непонятно, в чем заключается эта деятельность. В документе говорится, что ее результатом является создание криптовалюты, тогда как это не так. Создается майнинговая мощность, позволяющая за работу получать вознаграждение.

Нет ясности в трактовке алгоритма майнинга. Законопроект предусматривает внесение цифрового актива в созданный реестр цифровых стандартов. Реестра такого пока нет, да и понятия, как такового, в действующем законодательстве — тоже.

Отсутствуют критерии правомерности токенов, криптовалют. Нет данных о безопасности либо же они приведены точечно и размыто, и нет полной ясности. И как их выпуск и валидация соотносятся с тем, что, как подчеркнуто в самом проекте, криптовалюты не являются легальным платежным средством на территории Российской Федерации.

Также законопроект содержит и другую расплывчатую информацию. Например, в качестве цифровых активов указаны только токены и криптовалюты, тогда как их намного больше: ценные бумаги, деривативы, находящиеся в разработке финансовые инструменты. Не ясно пока, как будут сочетаться положения законопроекта в отношении выпуска токена с действующими законами РФ.

Читать еще:  Что с курсом биткоина

Сидоренко подытожила, что этот важный законопроект поступил на рассмотрение в сыром виде, и это не новость. Так думают многие. Потребуется немало правок по части идеологической, не говоря уже о нормативной, проработке.

Напомним, что после регистрации в Думе законопроект о криптовалютах будет передан представителям всех министерств, обязанным дать ему оценку и составить официальные отзывы. Далее начнется его рассмотрение в первом чтении.

Элина Сидоренко: «Надо пережить этот хайп». Что происходит с биткоином и чем все кончится?

«Свободы не будет. Сейчас участники рынка и правительство должны думать, какой вариант зарежимливания будет оптимальным для всех». Главное, что нужно знать о криптовалюте и майнинге.

В Ельцин Центре в Екатеринбурге выступила руководитель межведомственной рабочей группы по оценкам рисков оборота криптовалюты Государственной думы ФС РФ Элина Сидоренко. Она ответила на главные вопросы о криптовалюте и майнинге и рассказала, почему за оплату покупки биткоинами могут посадить.

Криптовалюта — это вообще законно?

Когда Государственная дума уходила на каникулы летом этого года, в России ситуация относительно криптовалюты была хорошая. Был Виталий Бутерин, который заразил болезнью под названием «блокчейн» Владимира Владимировича Путина. У нас было представление, как это все может работать в рамках закона. Но после того как летом случились резкие скачки биткоина, после того, как Китай ввел запрет на ICO, мы увидели новые риски, связанные с волатильностью криптовалюты.

Вы видите, что сейчас происходит с криптовалютой, все ее колебания. Эта ситуация вводит в транс не только Банк России, но и Народный банк Китая, и банки всех мегарегуляторов мира. Это высокорисковый инструмент, и никакое государство мира не видит сейчас для себя возможности погашать риски криптовалюты за счет собственных ресурсов. Более того, система децентрализации криптовалюты тоже обескураживает государства, которые привыкли эмитировать деньги и управлять эмиссией. То есть у нас есть некая штука, которую якобы придумал японец, которого никто не видел. И эта штука пытается управлять мегарегуляторами. Они, конечно, с этим согласиться не могут.

Что касается законов. С одной стороны, у нас есть Япония, с другой стороны — остальной мир, в котором нет четкой регуляторики криптовалюты. Япония пошла по пути признания криптовалюты средством платежа. Европа же приходит к позиции признания криптовалюты либо товаром, либо частью коммодити (биржевого товара). И есть Америка, которая уже пошла по пути признания криптовалюты как биржевого товара. Для них это брокерская история, которая существует в параллель банкам. То есть там банки не рискуют и не используют криптовалюту, а вот на бирже брокеры абсолютно спокойно оборотом криптовалюты занимаются.

Европарламент выступал со специальным заявлением, где отмечал, то криптовалюта может быть запущена в оборот только при одном условии — ее идентификации. Это очень серьезный звонок, который говорит нам о том, что свобода кончилась. Сейчас участники рынка и правительство должны думать, какой вариант зарежимливания будет оптимальным для всех. Точно нужно мириться с мыслью, что прежней свободы уже не будет.

А как в России?

Пока никак, но идут обсуждения на уровне правительства. Первая позиция — цифровая валюта будет оцениваться как цифровой товар. Вторая позиция — криптовалюта должна рассматриваться в качестве цифрового актива. Скорее всего, будет второе.

В российской ментальности товар — это некое имущество, которое находится в обороте. И когда мы говорим о товаре, то возникает вопрос НДС. Мы слышали последнюю позицию Минсвязи, они выступают за НДС. Я не вижу возможности начислять сегодня НДС на криптовалюты по одной простой причине: нам крайне сложно заняться регуляторикой того, что мы попросту не можем выявить и зафиксировать.

Сейчас, пока нет правового статуса криптовалюты, вы государству очень интересны. Но государство с вами ничего сделать не может.

Могут ли посадить за покупку криптовалюты?

Да, вполне. По сути, мы все с вами ходим под статьей.

Например, я хочу купить биткоины. Нахожу продавца, перевожу ему $4 или 5 тыс., он дает мне один биткоин. А потом я иду и пишу заявление, что у меня обманом взяли деньги за какой-то 14-значный код. И против продавца биткоина заведут дело по факту мошенничества, потому что в рамках сегодняшнего законодательства он обманул меня, продав 14 цифр. Ведь мошенничество — это ситуация, когда вещь продана по цене значительно большей, чем она стоит. А в случае с биткоином товар не имеет ценности, то есть существенные условия сделки нарушены. И это всех пугает.

Поэтому криптовалюту включить в закон нужно? Закон нужен для инвесторов, которые имеют крипту и хотят ее вложить в какой-то проект.

Как только появится поправка в ст. 158 ГК с одной фразой: «объектом имущественных прав является то, то, то, а также криптовалюта», то это перевернет для нас с вами мир.

Почему закон никак не примут?

Препятствует этому само криптосообщество. Когда владельцы крипты говорят, что находятся над системой децентрализации, что власть им не нужна, что у них новая частная валюта и государство отмирает как явление — это криптоанархия.

Когда правительство слышит это, оно ввергается в ступор и не хочет легализовать то, что продвигается под знаменем анархии.

Почему Китай запретил ICO?

Китайцы — народ очень спокойный, а национальный банк у них очень неспокойный. Народный банк запретил ICO. Эти панические опасения Китая понятны. Кто был в этой стране в последние несколько месяцев, видел: как только выезжаешь за город, тут же видишь огромные фермы, на которых установлено безумное количество майнингового оборудования.

Китай сейчас на первом месте по выдаче крипты, особенно эфира и биткоинов. И когда денег этих стало очень много, то их понесли в ICO. А Национальный банк задумался: сейчас же все это лопнет, и куда тогда все люди придут с транспарантами? Ко мне. И решил все это запретить. Все логично.

То есть ICO — это незаконно?

В том виде, в котором это существует, нет. То, что мы сейчас переживаем с ICO, это 1930-е годы в США. Был бум на акционерные общества, люди с ума сходили. Что в итоге? 90% акционерных обществ полетело к чертям. Мы с ICO рано или поздно придем к этой же модели. Мы должны пережить этот хайп, эти сломанные жизни, эти 90% потерявших все вкладчиков.

Ситуацию исправит регуляторика, закон. Так было и с акционерными обществами.

Заместитель министра финансов Алексей Моисеев сказал, что надо запретить продажу крипты. Что будет?

После слов Моисеева все впали в панику, даже биткоин немного растерялся и потерял в цене. Мне кажется, там в какой-то момент просто выключился микрофон. Была идея опробовать проведение торгов по криптовалюте на брокерах, которые бы хорошо поигрались с этой историей.

Идея Моисеева была в том, чтобы приравнять криптовалюту к иностранной валюте. Мы же с вами не можем участвовать в покупке валюты на бирже. Там участвует кто? Профессиональные игроки. Мы с вами можем приобретать валюту на обменных площадках, но не на официальных торгах. Так вот, идея Моисеева была именно в этом: система обмена криптовалюты продолжится, но массовый рынок закроется.

А что с майнингом? За это могут посадить?

Этот вопрос многих волнует. Если мы посмотрим на европейский опыт, то Великобритания оценивает майнинг как модель ведения домашнего хозяйства.

Если вы майните, то вы производите мощности и обмениваете их на сущность, которой нет в праве, о какой ответственности может идти речь? Вы попадете под внимание органов, только если майните на электричестве своего соседа.

Другой вариант — промышленный майнинг. Вы покупаете здание, оборудуете его, запускаете электричество и начинаете майнить. Здесь важно легализовать свое производство, чтобы не пришли органы проверки и не закрыли вашу деятельность. Используя российское законодательство, вы можете легко объяснить, куда вы тратите электричество и что вы в итоге получаете. Если вы в уставе напишете, что получаете криптвалюту, то вопрос от государства поступит незамедлительно. А вот если вы напишете, что ваша компания занимается производством ПО, цифровых кодов или продуктов интеллектуальной собственности, то проблем быть не должно.

Зарегистрируйте компанию, платите налоги и вот в таком виде майнинг в России на сегодняшний день может существовать.

Как итог: промышленный майнинг возможен при правильном юридическом сопровождении, домашний майнинг тоже возможен. Вы становитесь интересны государству в тот момент, когда выходите на обменные площадки.

Можно ли что-то купить за криптовалюту?

Нет, это незаконно. У Генпрокуратуры есть закон о Центральном банке, где написано, что денежные суррогаты на территории РФ недопустимы. Кроме того, у нее есть два письма: одно от ЦБ, другое от Росфинмониторинга, где сказано, что криптовалюта — это денежный суррогат, и все операции с ней сомнительны. Как в таком случае должна прокуратура относиться к магазинчикам, которые продают мясо, молоко и женские колготки за биткоины? Конечно, закрывать их.

А можно обойти это нарушение?

В правовом вакууме есть простой способ, как избежать наказания. Не покупайте за криптовалюту. Обменивайте на криптовалюту. Обмен допустим.

На что еще можно спустить криптовалюту?

Сейчас, может, кто-то возрадуется, но мы даже взятку в криптовалюте не можем квалифицировать как взятку. Мы можем давать взятку борзыми щенками, потому что мы знаем стоимость борзых щенков, мы можем их пощупать и зафиксировать. А оценить стоимость криптовалюты мы не можем, это ветер, это набор цифр, который не имеет материальной ценности для государства.

Но не слишком обольщайтесь, Генпрокуратура может квалифицировать такую ситуацию как покушение на взятку.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector